«Однажды в Америке» (1984) — это не гангстерская сага. Это сновидческая ода памяти, где прошлое — единственное убежище, а мафия — лишь фон для истории о том, как время стирает дружбу, любовь и мечты.

Фильм Серджио Леоне — это поток воспоминаний стареющего гангстера Дэвида «Noodles» Ааронсона. Его сознание прыгает между эпохами: бедное детство в еврейском гетто 1920-х, дерзкие преступления и дружба в эпоху Сухого закона, роковая ночь предательства в 1930-х и горькое возвращение в 1968 году. Noodles пытается собрать пазл прошлого, но память лжёт, стирая лица и меняя смыслы. Его Америка — не страна возможностей, а призрачный мир, где настоящая жизнь осталась в том самом «однажды».

Сюжет — это путешествие в лабиринт чувств, а не преступлений. Леоне снимает первую любовь к недосягаемой Деборе, мужскую дружбу на грани смертельного соперничества и тоску по утраченной чистоте. Время — главный враг: оно превращает мальчишек в жалких стариков, а великие планы — в пыль. Насилие здесь грубо и буднично, а самый страшный акт — не перестрелка, а изнасилование, рождённое от отчаяния.

Финал — слияние реальности и иллюзии, один из величайших в истории кино. Noodles, так и не найдя ответов, улыбается. Его лицо растворяется в дыме опиума, и мы снова видим его молодым, смотрящим на возлюбленную в зале зеркал. Что это? Смерть? Бегство в сон? Или окончательный выбор — навсегда остаться в том «однажды», где друзья живы, а любовь возможна? Это не развязка, а вечный вопрос о том, как мы мифологизируем прошлое, чтобы вынести настоящее.